«Суть искусства – удивлять»

Главным культурным событием ноября в Новосибирске, бесспорно, стал фестиваль актуального театра «Гравитация». Постоянный автор «Навигатора» Юрий Татаренко поговорил о состоянии этого вида искусства в нашем городе с программным директором фестиваля Анастасией МОСКАЛЁВОЙ.

– Прямо скажем, нечасто бывает, чтобы филолог, кандидат наук, стала программным директором театрального фестиваля. Расскажите, как это произошло.

– Я давно связана с театром: много лет работала в «Старом доме», писала для журнала «Около» о новосибирских театрах. Так что, когда руководство «Старого дома» предложило мне присоединиться к команде фестиваля, это было абсолютно логично. Мой опыт как филолога и работа в разных междисциплинарных проектах как раз очень помогают в зоне моей ответственности – в работе над офф-программой фестиваля (дополнительная к основной программа, может включать внеконкурсные показы, культурные проекты и мероприятия в области драматургии. – Прим. ред.). Это то, что мне особенно интересно делать: соединять разные сферы культуры, находить неожиданные точки соприкосновения и создавать для зрителя полноценный, живой опыт. Ещё одна моя задача – для каждого фестиваля формулировать главный нарратив и тему, которая сможет привлечь очень разную публику, не только театральную. Это как раз то, где пригодился мой филологический взгляд: находить истории и идеи, которые объединяют людей с разным опытом и интересами.

– Довелось услышать такое зрительское мнение в ходе «Гравитации»: «Актуальный театр – когда матерятся на сцене, когда дописывают и переписывают классиков!»

– Увы, если человек видит и слышит только провокационный язык или переписывание текста, значит, он не сделал следующий логический шаг. Дело не в языке или в том, чтобы переписывать ради переписывания, а в желании театра быть со зрителем в одном времени и пространстве. Важно глубинно понять, как классический текст звучит сегодня, и повернуть его к зрителю именно той гранью, которая сейчас будет ощутима и понятна. Вот в этом, мне кажется, задача всех современных режиссёров. Если нужно утрировать – имеют право утрировать, если нужно перенести в другое время – да пожалуйста, заставить героев говорить на современном сленге – почему нет. И да, мне кажется лицемерием пользоваться матом в жизни, но запрещать искусству брать этот язык, ведь искусство тоже часть реальности.

Если говорить о примерах осовременивания на фестивале «Гравитация», то вспоминается спектакль «Три», в котором  режиссёр Пётр Шерешевский заставляет Ольгу читать попсовые лекции о постмодернизме, а всех персонажей – говорить об искусстве, отрываясь от телефонов. Это же гениально! Так современный зритель понимает, насколько риторически смешными и неуместными были чеховские герои со своими попытками пофилософствовать в любой момент времени.

– Идеальный мюзикл – это..? Почему в Новосибирске этот жанр не слишком развит?

– Я постесняюсь давать определение жанра, пусть этим занимаются специалисты по музыкальному театру. Но, мне кажется, суть в том, что редко удаётся сделать музыку и визуально богатую сцену не просто иллюстрацией к истории или развлекательным элементом, а заставить их драматургически работать: двигать сюжет, быть осмысленным эстетическим фактором. Честно говоря, такие абсолютные совпадения я знаю, пожалуй, только в кино, из последних сильных впечатлений для меня это фильм «Аннет» Леоса Каракса. Ещё раз: я не специалист по музыкальному театру, мне сложно здесь давать оценку.

– В Москву из Новосибирска уехало уже несколько десятков хороших артистов: Виталий Коваленко, Максим Битюков, Алексей Вертков, Анатолий Григорьев… Что думаете о пословице «Где родился, там и пригодился»?

– Мне кажется, мир уже давно подвижен, разомкнут, и человек не должен быть привязан к месту или застревать в таких консервативных формулировках.

– Не маловато ли в столице Сибири заслуженных артистов России? Если не ошибаюсь, краснофакелец Андрей Черных получил это звание в 2008 году, и «дальше – тишина». Почему-то успехи на «Золотой маске» не стали для новосибирских звёзд пропуском в театральную элиту…

– Не думаю, что здесь есть какая-то закономерность или арифметика, или конспирология. Всё зависит от множества факторов: личных амбиций, желания выходить из зоны комфорта и пробовать себя в новых проектах, нахождения в нужное время в нужных обстоятельствах. В Новосибирске есть множество примеров актёров, которые рисковали, искали новый опыт, получали приглашения и пробовали себя на других сценах.

– Вы давно и пристально следите за новосибирскими театрами. Темпы прогресса «Старого дома» изумляют. Что стало залогом перезагрузки и обновления коллектива?

– «Старый дом» – это потрясающий пример командной работы. Дирекция – сначала Антонида Гореявчева, сейчас Татьяна Ильина; театральный менеджмент – Оксана Ефременко и Степан Звездин; режиссёры – Андрей Прикотенко, сейчас Антон Фёдоров; уникальная актёрская труппа и отдел маркетинга – все участники команды были мотивированы делать современный театр, ставить очень высокую планку, заниматься искусством. И для всех этих людей никогда не существовало дихотомии «столица – провинция». Они всегда мыслили смело и выжимали всё что можно из того, что у них было: небольшой сценической площадки, финансовых возможностей. Приглашали только тех постановщиков, которые могут дать актёрам максимум нового и значимого опыта. Я бесконечно восхищаюсь всеми этими людьми. И считаю, что эта команда сейчас заслуживает максимум поддержки и возможностей для развития.

– Ваши топ-10 нских спектаклей за четверть века?

– Это сложный вопрос…. Я назову те, что остаются в моей памяти как сильное впечатление… В «Глобусе» – «Двойное непостоянство», в «Красном факеле» – «Утиная охота», «Тартюф», «Гедда Габлер», «Евгений Онегин», «Три сестры» (спектакли и 2000, и 2015 годов), «Ричард III», в «Старом доме» – «Пер Гюнт», «Трилогия», «Социопат», «Котлован». Итого – 12 замечательных работ.

– Со времён Треплева, героя чеховской «Чайки», все театралы регулярно твердят: «Нужны новые формы». Появились такие явления, как бэби-театр, спектакль-променад, иммерсивный театр, постановки без слов и на языке глухонемых. Прогнозируете, что будет «в сухом остатке», какие приёмы будут востребованы, скажем, в 2030 году?

– Если мы сможем прогнозировать развитие искусства, оно перестанет быть искусством. Его суть – быть неожиданным, удивлять. Оно всегда на шаг впереди нас как нечто визионерское. Я не хочу знать, каким оно будет в 2030-м, потому что время меняется стремительно, искусство вместе с ним. Мне хочется дожить до того момента, при этом оставаться человеком, способным удивляться, ощущать красоту. И просто увидеть своими глазами, каким оно будет.

Юрий ТАТАРЕНКО, фото автора