По Морскому без тормозов

По Морскому без тормозов О трагедии на Морском проспекте 25 мая написали почти все новосибирские СМИ. В ожидании следственных действий источники информации предпочитают не комментировать произошедшее, поскольку окончательное решение на основании выясненных обстоятельств будет принимать суд. Однако законодательные процедуры не отменяют человеческих взаимоотношений, поэтому редакция «Навигатора» сочла необходимым встретиться и поговорить с главным участником ДТП.  >>>

О трагедии на Морском проспекте 25 мая написали почти все новосибирские СМИ. В ожидании следственных действий источники информации предпочитают не комментировать произошедшее, поскольку окончательное решение на основании выясненных обстоятельств будет принимать суд. Однако законодательные процедуры не отменяют человеческих взаимоотношений, поэтому редакция «Навигатора» сочла необходимым встретиться и поговорить с главным участником ДТП.

Одного из свидетелей корреспондент «Навигатора» нашла через 20 минут после ДТП, осведомившись у толпы собравшихся, видел ли кто-то из них сам наезд. Люди указали на вход у магазина «Золотая роща», около которого, подрагивая, тихо плакала девушка. Ее успокаивали двое сверстников. Совладав с собой, свидетельница рассказала, что наезд произошел прямо у нее на глазах, всего в паре метров от нее. «Нас было трое на переходе, – сказала она. – Я и еще один мужчина шли со стороны магазина, а эта девушка – нам навстречу. Пока мы стояли по разные стороны дороги и ждали, когда загорится зеленый, я очень хорошо успела ее рассмотреть. Она никуда не спешила, стояла спокойно и ждала разрешающего сигнала. Дождавшись его, мы все трое начали движение. Мы с мужчиной едва успели отскочить назад, когда увидели, что мотоцикл несется прямо на переход. Девушка отскочить не успела. Мотоцикл летел с такой бешеной скоростью, что никто из нас не заметил его, оглядевшись по сторонам перед тем, как пойти. Непонятно было, откуда он вообще взялся».

После наезда на пешехода, мотоцикл въехал и основательно разбил припаркованный автомобиль такси около киосков напротив магазина «Городок». Водитель такси в это время сидел за рулем лицом к месту ДТП. Ему посчастливилось, что мотоциклист не влетел в кабину через лобовое стекло, и ударом смяло только бампер. В протоколе допроса таксист сообщил, что скорость мотоцикла явно превышала 100 км/ч. По объявлению отца погибшей Анны Боровских нашлось еще несколько свидетелей, подтвердивших такую же картину происшествия.

Совершенно иначе описывает ситуацию водитель мотоцикла Лев Степанов, который считает, что причиной ДТП стала неосторожность пешехода.

– Я ехал по левой полосе, слегка обгоняя какой-то автомобиль. На мигающий зеленый тот водитель начал сбрасывать скорость, а я решил успеть пройти перекресток, поэтому набрал скорость примерно до сотни километров в час. Но я не успел. Тормозить на такой скорости было уже бессмысленно. Я попытался объехать девушку слева, поскольку со стороны «Золотой Рощи» пешеходов не было, а за девушкой шел мужчина с ребенком. Но у меня не получилось объехать ее. Это могло быть с каждым, – уверен водитель. – Ведь никто не ездит по Морскому проспекту 40 км/ч. Скоростной режим нарушают все. Девушка по правилам ПДД должна была убедиться в своей безопасности и дать мне закончить свой маневр, а только после этого начать переходить дорогу. Водитель имеет право завершить маневр, не прибегая к экстренному торможению.

По словам водителя мотоцикла, свидетелей, подтверждающих его версию ДТП, у него пока не нашлось. О «маневрах», подобных тому, который совершил мотоциклист Степанов, в правилах ничего не указано. Согласно п.13.7. ПДД РФ «водитель, въехавший (а не пытающийся успеть въехать – прим. М.Ш.) на перекресток при разрешающем сигнале светофора, должен выехать в намеченном направлении независимо от сигналов светофора на выходе с перекрестка», а по п.8.1 «маневр должен быть безопасен». В обязанности пешеходов действительно входит проверка безопасности перед началом движения, но это касается только нерегулируемых пешеходных переходов. «В местах, где движение регулируется, пешеходы должны руководствоваться сигналами регулировщика или пешеходного светофора, а при его отсутствии – транспортного светофора», – гласит п.4.4 ПДД РФ. Как сообщил корреспонденту «Навигатора» Лев Степанов, до ДТП он имел права трех категорий А, В, С и десятилетний стаж вождения, к тому же работал водителем такси в течение четырех лет.

Экспресс-тест на содержание в моче наркотических веществ водитель Степанов пройти отказался. По его собственному признанию, он был вынужден подписать отказ, поскольку не смог помочиться в течение двух часов. – Я выпил три литра воды по настоянию представителей МВД, но это привело только к промыванию желудка. В результате мне пришлось подписать отказ от медицинского освидетельствования, за что я и поплатился лишением водительских прав на два года.

Отказ от медицинского освидетельствования не доказывает наличие наркотических веществ в организме, а подозрение, даже имеющее под собой веские основания, не играет в суде решающей роли. Состояние наркотического опьянения при совершении наезда является отягчающим обстоятельством, при выявлении которого срок заключения может быть увеличен в рамках соответствующей статьи УК РФ. По словам заведующей отделением медицинского освидетельствования ГБУ Министерства здравоохранения Ирины Сидоренко, для проведения анализа на содержание наркотических веществ достаточно 20мг мочи, – дозы, которую при необходимости способен выдать человек независимо от количества и срока давности принятой внутрь жидкости.

О возможном лишении свободы на максимальный срок пять лет (п.2 ст.264 УК РФ – действие, повлекшее по неосторожности смерть человека) – Лев Степанов говорит с сомнением. – Пять лет это нереально. Мой адвокат считает, что три – это максимум. ДТП спровоцировано не мною. Я не знаю, кто виноват, и я не готов никого судить. Пусть решает суд. Я никуда не торопился и просто заканчивал маневр на зеленый, но не успел. А девушка тоже шла на зеленый, но не посмотрела по сторонам. Как вам объяснить, кто виноват, если вы не водитель? Понимаете, просто так случилось!

ХОРОШЕЕ ВОСПИТАНИЕ ЭКОНОМИТ ДЕНЬГИ

На контакт с родителями погибшей с целью принести им извинения и предложить финансовую помощь водитель мотоцикла выйти не пытался и не намерен. – Мне связаться с потерпевшими? Им дай пистолет – они все, что угодно со мной сделают, – уверяет мотоциклист. – Отец девушки называет меня убийцей. Но ведь я сделал все, что смог, чтобы предотвратить наезд, пытался объехать ее спереди. И никого там не было, как там свидетели говорят, иначе бы они тоже легли рядом с ней. А девочка даже не посмотрела по сторонам. Я не так воспитан, чтобы после такого приходить к родителям погибшей и предлагать им деньги. Человеческая жизнь бесценна, а вернуть ее с помощью денег я все равно не смогу. Финансовая помощь родителям и так будет, поскольку на меня подали иск в суд на 200 тысяч рублей. Я считаю, что этим иском все материальные вопросы отец девушки компенсирует. Я готов заплатить эти деньги.

Стоит отметить, что любые компенсации морального и материального ущерба, назначаемые судом, требуют тщательного контроля за исполнением. И, к сожалению, этот контроль осуществить невозможно. Не нужно далеко ходить за примерами, чтобы найти ряд судебных решений, выполнения которых так никто и не добился. В июне 2007 года суд постановил водителю, сбившему насмерть на переходе напротив магазина «Альбумин» Натэллу Войчук в ноябре 2006 года, компенсировать ее дочери моральный ущерб в размере 150 тысяч рублей. Как сообщила Мария Войчук, дочь потерпевшей, судебный пристав разыскивала осужденного на полтора года водителя в течение целого года, а, недавно отыскав его, потеряла данные расчетного счета потерпевшей стороны и сообщила, что в первую очередь этот человек должен деньги государству, а не семье погибшей. Не секрет, что должная сторона может к моменту решения суда уже не иметь официальных источников дохода, а все движимое и недвижимое имущество переписать на других лиц, что, как правило, и происходит, когда обвиняемый имеет своего адвоката.

Судебные решения, как показывает практика, имеют все шансы никогда не придти в исполнение. В то же время водитель, по вине которого пострадал пешеход, имеет право оказывать материальную помощь в любом размере, оставляя при этом вопрос о возможности заключить мировое соглашение на усмотрение пострадавшей стороны. Так, например, водитель, сбивший на ост. «Институт Теплофизики» женщину, которая попала в реанимацию с тяжелыми травмами, в течение первых же суток оплатил ей все расходы на предстоящие операции и содержание в дорогостоящей частной клинике. По словам потерпевшей стороны, водитель полностью раскаивается и в дальнейшем готов нести материальное наказание в любых размерах, которые сочтет нужным заявить семья сбитой женщины. Позволит ли ему такое поведение избежать суда – покажет время, но одно остается очевидным: для признания своей вины и готовности оказывать пострадавшим материальную поддержку некоторым людям остро не хватает «плохого» воспитания.

  Мария ШКОЛЬНИК