• ПоискГлавная
  • Подписаться на НовостиНовости
  • Подписаться на СтатьиСтатьи
  • Подать объявлениеГазета
  • Доска объявлений
  • Подать объявление на сайт
  • Академгородок
  • О нас
  • Афиша
  • Прайс
  • Юридическая информация
  • Политика конфиденциальности
  • Карта сайта
  • Написать в редакцию
  • Войти
  • 01:45 понедельник, 28 ноября
    Академгородок:
    Пробки: 0 баллов
    28.11.2022
    USD: 60.48
    EUR: 62.88
    Мы в соцсетях:
    Подписаться на Статьи
  • Происшествия
  • Человек и общество
  • Государство и власть
  • Наука и образование
  • Культура и спорт
  • Животные
  • Письма
  • Даты
  • Без рубрики
  • 25 января - Татьянин день
  • 26 января – Международный день таможенника
  • 23 февраля – День защитника Отечества
  • 15 марта - День защиты прав потребителей
  • 12 апреля – День космонавтики
  • 9 мая – День Победы!
  • 12 мая – Всемирный день медицинских сестер
  • 31 мая – Всемирный день отказа от курения
  • 1 июня – Международный день защиты детей
  • 8 июня – День социального работника
  • 22 июня – День памяти и скорби
  • 29 июня - День изобретателя и рационализатора
  • 27 июля – День работника торговли
  • 9 августа – День строителя
  • 5 октября - День учителя
  • 23 октября – День работника рекламы
  • 10 ноября – День сотрудника ОВД
  • 22 ноября – День матери
  • 65 лет Великой Победе
  • К 70-летию Великой победы
  • В колонне бессмертного полка
  • Юбиляры победного года
  • Советскому району – 60
  • К 100-летию ВЛКСМ
  • 22 декабря – День энергетика
  • К 120-летию академика М.А. Лаврентьева
  • К Дню автомобилиста
  • К 110-летию генерала-строителя Н.М. Иванова
  • Спецпроект
  • Старые рубрики
  • Здоровье и медицина
  • «В политику не лезу!»

    «В политику не лезу!»

    «В политику не лезу!»

    В этом году блистательному поэту и переводчику Виктору КУЛЛЭ – 60. С юбиляром встретился корреспондент «Навигатора».

    Виктор Альфредович родился в Кирово-Чепецке. Окончил Литинститут им. Горького. Защитил первую в России диссертацию, посвящённую творчеству Иосифа Бродского. Выступил редактором-составителем сборника «Бог сохраняет всё», комментатором «Сочинений Иосифа Бродского» в восьми томах. Автор книг стихов «Палимпсест», «Всё всерьёз», «Стойкость и Свет. Избранные стихотворения и переводы 1977-2017». Автор сценариев к документальным фильмам о Ломоносове, Грибоедове, Цветаевой и др., сериала «Прекрасный полК». Лауреат отечественных и иностранных литпремий. Перевёл на русский язык стихи Микеланджело, сонеты и поэмы Шекспира, полный корпус стихов Бродского, в оригинале написанных по-английски, стихи Томаса Венцловы, Шеймаса Хини, Чеслава Милоша, Янки Купалы, Бойко Ламбовски. Переводил произведения поэтов малых народностей РФ.

    – На что живут поэты?

    – Бродский, как известно, преподавал в университете. Дерек Уолкотт, самый совершенный в техническом плане англоязычный поэт, начинал как драматург, и после вручения Нобелевской премии его пьесы появились в репертуаре театров по всему миру – с выплатой авторских, разумеется. Я зарабатываю на жизнь пером с тех пор, как окончил литинститут. При этом не лезу в политику: редактирую, перевожу, преподаю.

    Мама одной моей подруги в своё время была директором музыкальных программ радио «Маяк». И она предлагала нам с Денисом Новиковым и многими другими поэтами попробовать писать тексты песен для попсовиков-затейников: «Хотите под псевдонимами – пожалуйста! Хоть денюжку заработаете…» Только у нас не получилось. Освоить степень простодушия, чтобы сочинить что-то типа «Ксюша-Ксюша-Ксюша, юбочка из плюша», язык не повернулся. Разве что Вадюша Степанцов, уже имевший опыт сотрудничества с группой «Браво» и Гариком Сукачёвым, стал писать песни – и то для собственной команды «Бахыт-Компот». Ну и Виктор Пеленягрэ освоил песенный жанр. Не без плагиата, будем откровенны. К примеру, строки «Позови меня тихо по имени,/ Ключевою водой напои меня» принадлежат Игорю Меламеду.

    – Два года назад широко отмечалось 80-летие Бродского. В чём его значение для русской словесности? Понимаю, что на эту тему вы способны говорить как минимум до утра. В пять минут уложитесь?

    – Я уже упомянул о том, что мало кому удаётся изменить воздух поэзии. А Бродский изменил его. Это первое. Второе: Пушкин писал Вяземскому, что «…поэзия, прости Господи, должна быть глуповата» – а Бродский был нечеловечески умён. Когда он описывал, к примеру, своё «Путешествие в Стамбул» – видно, что им перелопачен весь Данилевский. Но собственный текст он начинает практически с нуля, заново, не стоя ни на чьих плечах. Ab ovo.

    С Бродским было очень тяжело общаться. Это как фехтовальный поединок или теннис. Маховик его мысли раскручивался постоянно. Таких людей я знал немного, почти все они были философами – Александр Пятигорский, Георгий Гачев. Из писателей подобную мощь интеллекта я встречал только у Битова. А ещё благодаря Бродскому у нас возник серьёзный интерес к английской поэзии. В самом деле, в XIX веке Байрона читали в переводах с немецкого, Шекспира – с французского.

    – Не могу не задать отдельный вопрос о переводах. Очевидно, что степень свободы переводчика – краеугольный вопрос для «толмачей». Как уживаются в переводе точность и приблизительность?

    – Любой перевод – неизбежная жертва. Полностью втиснуть одну культуру в другую невозможно. Приведу любимый пример: японец перевёл Хлебникова, прочёл мне – и я понимал, какое стихотворение председателя земшара взято. Но я совершенно уверен, что, если перевести его обратно на русский, получится что угодно, только не Хлебников. То есть переводчик понял, что главное здесь – игра корнесловиями, и попытался найти эквиваленты в своём языке.

    Сам стараюсь переводить эквиритмично, в идеале – эквилинеарно. Англичан очень долго переводили, чередуя мужские (ударение падает на последний слог рифмующихся слов. – Прим. ред.) и женские (ударение на предпоследний слог рифмующихся слов. – Прим. ред.) рифмы. Мне это кажется неоправданным, поскольку в английской поэзии рифма исключительно мужская. И Бродский перевёл Джона Донна именно так. Оказалось, это возможно, хотя и весьма непросто. А у итальянцев, наоборот, только женская рифма. Есть опыт перевода Мандельштамом сонетов Петрарки сугубо женской рифмой. Но если представить целый том переводов, написанных без единой мужской рифмы, у тебя будет оскомина, как от излишне сладкого блюда. Слепое следование поэту пойдёт ему в минус. Парадокс: сплошная мужская рифма не приедается в отличие от сплошной женской.

    Я переводил хантов. У них единственный размер – двустопный хорей. Чижик-пыжик – чижик-пыжик, чижик-пыжик – чижик-пыжик. При этом стихи совсем небольшие, зачастую всего из двух катренов. Как это перевести, чтобы не утратить содержание и не походило на считалочку? Раньше практиковалось совершенно спокойно переводить хоть пятистопным амфибрахием, да ещё добавлять третью, лишнюю строфу. Ну и получалось сочинение «по мотивам»: олешки бежали, снег искрился, «увезу тебя я в тундру» – всё в таком роде. Я честно попытался влезть в этот двустопный хорей, но понял, что очень многое по смыслу придётся отсекать. Пытался найти конгруэнтный размер – к примеру, взял трёхстопный хорей. Вроде бы получилось – и вполне конгруэнтно: «Чум – с окошком в небо…/ Звёзд – поди сочти./ Эх, не сбиться мне бы/ с Млечного Пути».

    А как переводить бурятскую или тувинскую поэзию, которые полностью базируются на анафоре (повторение языковых элементов: звуков, слова или группы слов в начале каждого параллельного ряда. – Прим. ред.)? Пробовал сохранять анафору и добавлять рифму в хвосте строки. Задача не из лёгких. Так перевёл знаменитого тувинского поэта Александра Даржая, аксакала. Но не очень доволен. Подобная жёсткая формальная заданность часто приводит к эдакому гомункулусу.

    Отца Амарсаны Улзытуева, бурятского классика Дондока Улзытуева, переводили Куняев и Евтушенко – они все вместе учились в Литинституте. Это прекрасные переводы, но они вообще не передают своеобразия бурятской поэзии, увы. Нужно постараться найти нечто среднее, конвенциональное. Когда я гостил в поместье Улзытуевых, предложил ему самому перевести стихи отца, хотя бы начать. Амарсана ведь только что выпустил книгу «Анафоры». Тётушка Амарсаны воодушевилась: «Гость твой едва приехал – а уже дело говорит!»

    Мне повезло. В лите наш семинар был последним, кто застал занятия по античной литературе у Азы Алибековны Тахо-Годи. Потом младшекурсникам античку пришёл читать Гаспаров – и я удирал со своих занятий, чтобы прослушать курс по второму разу. Так вот, Аза Алибековна нам сказала, что никаких лекций и конспектов не будет: они с Алексеем Фёдоровичем Лосевым написали учебник, и нет смысла тратить время на его пересказ своими словами. Для сдачи экзамена достаточно просто прочитать. Потом добавила: «Вы ведь поэты, вы должны знать, что такое античный мелос». И она нам на языке оригинала пропела всего Гомера, всего Гесиода, Сапфо, Алкея и прочих лириков… С необходимыми комментариями, разумеется.

    Сейчас подавляющее количество стихов, разбираемых мной на мастер-классах, это декларация о намерениях. Это похоже на загрунтованный холст с набросками карандашом. А живописи, индивидуального мазка – нет. Вообще свой излюбленный метафорический ряд у каждого складывается в детстве. Но не хватает возможностей выразить желаемое.

    Ни форсировать события, ни заигрываться не надо. По свидетельствам людей из ближнего круга Николая Рубцова, с поэтом ушли в мир иной два тома ненаписанных стихов. Он постоянно возвращался к работе над ними, но не публиковал. Ничего не записывал Грибоедов: по «делу декабристов» к нему должны были прийти с обыском, и он уничтожил абсолютно все бумаги в доме. Таким образом, не сохранилась написанная после «Горя от ума» трагедия «Грузинская ночь» – она совершенно точно была завершена, Грибоедов читал её друзьям на обедах в Петербурге…

    – Два с лишним года весь мир получает новый опыт – жизнь при пандемии. А в чём заключался ваш новый опыт в это время?

    – В очень простых вещах: я пару раз чуть не сдох. Меня спасло преподавание. Даже придумал афоризм: «Птица-говорун умирает последней!» Занятия шли на удалёнке, я садился у компа и честно разбирал стихи или читал лекции по истории литературы народов России. После ковида восстанавливался работой.

    В этой ситуации с дистанционным обучением очень жаль студентов: у них реально украдена лучшая пора жизни, полноценное студенчество со всеми его атрибутами. Говорю ребятам: «Моему поколению пришлось многое пережить: противостояние всему советскому, крушение страны, лихие 90-е – и мы решили уже, что с нас хватит. Ни фига подобного! Получение нового опыта продолжается. Так вот, подумайте о тех, кто родился в самом начале ХХ века и хлебнул по полной: революцию, Гражданскую войну, коллективизацию, индустриализацию, 30-е годы, Великую Отечественную, борьбу с космополитами… Так нам, нынешним, ныть о трудностях как-то неуместно».

    Меня порой сочувственно вопрошают: мол, как же так – первую книгу вам издали в 40 лет. А у Женюры Рейна она вышла в 50. И что дальше? Стыдно ныть. Да, первой книги долго не было – и я был избавлен от множества ранних соблазнов. Как написал покойный Венедикт Васильевич Ерофеев, «Всё на свете должно происходить медленно и неправильно, чтобы не сумел загордиться человек, чтобы человек был грустен и растерян». Сейчас, ребята, настали ваши исторические времена: и пандемия, и спецоперация.

    – Шутливый вопрос. Представим, что в одном самолете летят сплошь литераторы: поэт, прозаик, драматург, переводчик, критик, эссеист. Кому бы вы отдали единственный парашют?

    – (Вздохнув.) Тому, кто моложе. Чтобы ещё пожил… Ну, или женщине – если она есть среди них.

    – Для чего вам понадобился бы восьмой день недели?

    – Дополнительное время мне без надобности. Любой календарь – просто сетка, наложенная на неотвратимый ход времени. Как меридианы, наложенные на пространство. Зачем мне лишние меридианы?

    Юрий ТАТАРЕНКО

    Фото Катерины Скабардиной

    Другие статьи на тему

    Человек и общество / Встреча с интересным человеком
    Человек – для движения вверх!
    433 0
    "Навигатор" № 43 (1365) от 04.11.22
    Человек и общество / Встреча с интересным человеком
    «Сохранять детскую непосредственность»
    400 0
    "Навигатор" № 41 (1363) от 21.10.22
    Человек и общество / Встреча с интересным человеком
    Три богатыря Дмитрия Коржова
    930 0
    "Навигатор" № 40 (1362) от 14.10.22
    Человек и общество / Встреча с интересным человеком
    «Автографы – писательское счастье»
    362 0
    "Навигатор" № 39 (1361) от 07.10.22
    Человек и общество / Встреча с интересным человеком
    «Сегодня литература – природа сотворённая, но не творящая»
    941 0
    "Навигатор" № 36 (1358) от 16.09.22
    Человек и общество / Встреча с интересным человеком
    Главное – чтобы повезло с учителями
    663 0
    "Навигатор" № 32 (1354) от 19.08.22

    Популярное