С Днем 6 марта!


Существительное «ученый» не имеет формы женского рода. Но даже в языке форма не всегда отражает суть. Поэтому в день 8 Марта одни ученые с радостью и теплотой поздравляют других. Среди физиков этих других единицы, а больше всего их в Институте филологии Сибирского отделения. «Навигатор» сердечно поздравляет с Международным женским днем и с днем рождения (6 марта) директора самого культурного института Академгородка, член-корреспондента РАН, известного текстолога, археографа и литературоведа Елену Константиновну РОМОДАНОВСКУЮ.

В год 50-летия Сибирского отделения Елена Константиновна стала единственной женщиной, получившей Орден Почета из рук вице-премьера Сергея Иванова. Вручая ей высокую награду, он признался, что ему особенно приятно это делать, так как он тоже филолог по образованию. Иванов даже не догадывался, что учился не только на том же факультете, но и в том же вузе – Ленинградском госуниверситете. Правда, будучи значительно моложе, он уже не застал того полного букета знаменитых российских филологов, которые были учителями Елены Константиновны.

– На одной нашей кафедре было 8 профессоров, – вспоминает она. – Нам читали лекции Пропп, Берков, Бялый, Максимов, Ямпольский, Бурсов. А какие они находили точные слова для исчерпывающего объяснения предмета! Григорий Бялый был мастером афоризмов и удивительно просто умел объяснить сложные вещи. Помню, как забавно он объяснял разницу в текстах писателей-реалистов XIX века: у Достоевского герой о себе все знает и сам все рассказывает читателю, у Толстого все за героя знает автор, а у Тургенева герой ничего не знает о себе, а автор знает, но молчит. И если вы почитаете этих писателей, сами заметите, что он абсолютно прав.

В 1963 году, когда в Новосибирском университете начали изучать гуманитарные науки, Елену Ромодановскую пригласил читать курс истории древнерусской литературы основатель гуманитарного факультета Кирилл Алексеевич Тимофеев. Не имея опыта преподавания и привыкнув относиться ответственно ко всему, что касается науки, она готовилась так тщательно, что успевала спать только по 2 часа в сутки. Своими лекциями Елена Константиновна положила начало преподаванию истории древнерусской литературы в НГУ – до ее прихода филологи получали 8-часовой курс не в неделю, а за целый семестр, и кроме «Слова о полку Игореве» ничего не видели.

– Я долго еще вспоминала это время, как сплошной кошмар, а потом, спустя годы, пожалела, что отказалась от преподавания и снова вернулась в НГУ, взяв на себя часть курса, – говорит Елена Константиновна.

Большей части книг, по которым сегодня учат филологов в нашем университете, еще не существовало, и молодая преподавательница пользовалась собственными студенческими конспектами. Ученица знаменитого профессора Игоря Еремина, аспирантка Льва Дмитриева и постоянная участница семинаров Пушкинского дома под руководством не менее известного Дмитрия Лихачева, она стала продолжателем направления ленинградской филологической школы в СО РАН. Ее перу принадлежит целый ряд монографий с описаниями процесса зарождения литературы в Сибири, а ряд статей она написала вместе с дочерью.

– Мне никогда не нравилось заниматься тем же, что делают все, – объяснила Елена Константиновна необычный выбор тем для своих работ. – В какой-то период все кинулись писать про жития святых. Но есть много других, гораздо менее изученных тем, например, переводная литература и произведения на мировые сюжеты. Они ничуть не менее интересны. В одной лишь занимательной повестушке про царя Агея оказалось столько мыслей и идей, которыми тогда жило русское общество, столько недвусмысленных символических образов и намеков! Я тоже занималась и житиями, и повестями про чудеса икон, но когда это не было так популярно среди исследователей. Понимаете, массовое увлечение одним направлением чревато перегибами. В советское время почти все русские писатели-классики считались едва ли не атеистами. Теперь все они стали истинными христианами, а «Выбранные места из переписки с друзьями» дают в школьной программе. Зато о письме Белинского уже не вспоминают, а ведь он многим рисковал, когда публиковал его. Я ничего не имею против увлечения религией, но, занимаясь наукой, надо учитывать весь материал. Литература шире любой концессии. У нас в Конституции есть статья о свободе совести, и я считаю, что она самая главная. Верить в бога или нет – личное дело каждого, и любой выбор заслуживает понимания и уважения. Большинство ученых старой школы воспитаны в духе атеизма, и осуждать их за это или упрекать никто не имеет права.

С 1965 года Елена Константиновна участвовала в археографическом открытии Сибири – в экспедициях за древними книгами к сибирским старообрядцам.

– Мы привозили оттуда рукописи XV века и старопечатные книги, – рассказывает Елена Константиновна. – Иногда их удавалось купить, иногда «брали обаянием», уговаривали. В те времена за церковную литературу преследовали, поэтому люди нередко отдавали, чтобы не пропало. Иногда получалось обменивать более поздние старообрядческие книги начала XX века на древние.

К археографам из-за регулярных экспедиций к старообрядцам, а также к тем преподавателям, которые читали курс истории религии, в советское время относились очень настороженно. Профессоров Михаила Рижского и Николай Покровского даже подозревали в пропаганде религии. Примечательно, что, несмотря на атеистическое воспитание, свойственное многим из нас, Елена Константиновна всегда относилась к религии с большим интересом и уважением. Как неравнодушного ученого ее интересовала эта неотъемлемая часть культуры того времени, изучению которого она посвятила всю свою жизнь. Именно благодаря этому интересу в начале 90-х годов Елена Константиновна организовала выступление дьякона Бориса Пивоварова в Доме ученых Академгородка, после которого он получил не только огромный успех и признание жителей района, но и возможность построить церковь, открыть свой собственный приход. Она с благодарностью вспоминает, как Борис Иванович помогал ей книгами, которые были тогда недоступны светской аудитории.

– Впервые он обратился ко мне за консультацией, когда был дьяконом в городской церкви на ул. Гоголя и готовил магистерскую диссертацию по истории алтайской духовной миссии. Его работа до сих пор хранится в Институте истории, – вспоминает Елена Константиновна.

Представителя знаменитой ленинградской филологической школы об отношении к современному языку, литературе и их преподаванию, пожалуй, не спрашивал только ленивый. Про «языковые нечистоты» она неизменно успокаивает:

– Почитали бы вы рукописи петровских времен. Сколько же там было мусора в языке, сколько бездумных заимствований! И ничего – все это со временем ушло, осталось только нужное. Язык сам себя регулирует – сойдет очередная волна, и берег снова станет чистым, если мы сохраним культуру и традиции преподавания в школе. А вот ситуация с образованием действительно угнетает и настораживает. ЕГЭ по литературе похож на игру «Кто хочет стать миллионером?» Он уничтожит этот предмет. Литература в школе должна воспитывать любовь к чтению, владение словом, способность мыслить и хороший вкус, а не насаждать теоретические знания и загружать учеников кучей ненужной информации. На вопросы литературы не бывает ответов «А» и «В». Когда я спросила свою коллегу, которая по окончании вуза стала школьным учителем, почему она не ставит двойку за то, что ученик не прочел «Горе от ума», она ответила: «Потому что если я поставлю за это «два», он уже никогда его не прочтет».

Мария ШКОЛЬНИК

Фото автора


Газета «Навигатор» - С Днем 6 марта!, № 8 от 06.03.2009

Количество просмотров: 567

Vkontakte Facebook Мой мир Твиттер

Добавить комментарий